Встреча была организована в формате пресс-конференции.
Проблему охраны Байкала обсуждали уже и в Бразилии, и во Франции. У нас в стране эта тема стала вечной. Особенно остро она обсуджалась в 80-х годах на страницах центральных газет (к примеру в газете "Известия" " 125, от 5 мая 1989г. была статья Л.Филипченко "Байкальский синдром").
Посещение же Иркутского региона должно было состояться ещё весной этого года, но дважды переносилось на более поздний срок. Наконец, в июле этого года международная организация прибыла в столицу Восточной Сибири.
Со вступительного слова начал конференцию господин Рао, директор Центра всемирного наследия ЮНЕСКО. Он обозначил круг вопросов, для обсуждения которых и была организована данная встреча. Сюда вошли вопросы о повторном открытии БЦБК, о выбросах его отходов в Байкал, о социально-экономическом развитии г. Байкальска, для которого комбинат является градообразующим предприятием. Дополнительно Рао предложил к обсуждению вопросы управления территориями озера и развития туризма.
После этого присутствующие иркутяне-активисты начали задавать вопросы и вносить предложения, как решить судьбу целлюлозно-бумажного врага Байкала.
С этого момента и начала понемногу вырастать стена непонимания между гостями и собравшимися в зале иркутскими общественниками.
Первый вопрос, прозвучавший из зала, был предсказуем: «Есть ли план закрытия БЦБК, будет ли проведена комплексная проверка технического состояния после длительного простоя?» - интересовалась Марина Рихванова, представитель Байкальской экологической волны.
На это директор Центра всемирного наследия ЮНЕСКО доброжелательно поведал о представленном от руководства БЦБК перспективном четырехлетнем плане по введению «замкнутого водооборота» и что в принципе вопрос о закрытии предприятия не стоит, так как руководство будет модернизировать технологии производства до их соответствия экологическим требованиям.
На протяжении всей конференции представители делегации то так, то эдак стороной обходили вопрос ликвидации предприятия, подбирая разные формулировки и аргументы. И это несмотря на стопроцентное желание иркутян (и вообще жителей региона) избавиться от комбината, спасти от его пагубного загрязнения священное озеро Байкал.
Конечно, согласимся с Кишором Рао, ЮНЕСКО не решает вопрос о закрытии ЦБК – это в компетенции правительства Российской Федерации, но ведь члены организации могут активно повлиять на действия властей, что и предлагали жители Иркутска. Однако, мнение, что их не услышали, оставалось на протяжении всей конференции, которая длилась более двух часов.
Интересную мысль высказал по этому поводу Григорий Скаллер, председатель родительского комитета Иркутской области, председатель городской федерации альпинизма. «У меня такое мнение, что эта комиссия создана не для помощи Байкалу, а для оправдания незакрытия комбината, - сказал он. – А 180 млн. инвестиций, необходимых для осуществления модернизации, будут в основном разворованы. В таком случае лучше бы их отдали на удовлетворение интересов работавших на комбинате и зависящих от него».
Возможно, мысль слишком смелая, но действительно подтверждающая впечатление от диалога иркутян с иностранными гостями.
Многие из присутствующих также подтвердили, что им очень слабо верится в те обещания, что система БЦБК через 4 года станет экологически безопасной. Представители Байкальского движения подтвердили это свежими фактами о Селенгинском целлюлозно-картонном комбинате, доказывающими вероятность лишь имитации замкнутого цикла. Были внесены предложения перенести Байкал в список «Всемирное природное наследие под угрозой».
Сторонники модернизации и нового запуска ЦБК главным фактором выдвигают проблему трудоустройства населения Байкальска. Представители ЮНЕСКО, как бы ни хотелось не называть их сторонниками, так же считают комбинат важнейшим градообразующим предприятием, предоставляющим основные рабочие места и мало того, считают, что чрезвычайно важно поддерживать уровень занятости на этом предприятии на достойном уровне, а в добавок к этому ещё и развивать проекты в области туризма.
Однако на самом деле все понимают, что БЦБК и развитая туристическая зона – вещи несовместимые. Ведь «работающий на юге Байкала комбинат является мощным сдерживающим фактором в развитии нашего региона, - высказалась Елена Волкова, руководитель Фонда «Возрождение земли сибирской». – Уже в прошлом году было признано, что Иркутская область потеряла порядка 4-х млрд. рублей инвестиций из-за работающего комбината».
Большее количество трудоустроенных на БЦБК составляли приезжие вахтовики из Слюдянки и Селенгинска, а жители самого Байкальска как выживали, так и будут выживать без БЦБК. Здесь однозначно больше положительных моментов, основной из которых – физическое здоровье байкальчан. Да и не только их – жителей всех остальных поселений, расположенных на южном берегу Байкала.
Владимир Кулиш, представляющий «Байкальское движение», рассказал, что самое большое количество диоксинов найдено в молоке кормящих женщин поселка Онгурены, потому что они семь раз в неделю питаются байкальской рыбой и нерпой. А ведь все эти диоксины приводят к раковым заболеваниям.
Говоря о сохранении священного озера, подразумевают и заботу о животном мире. При работающем БЦБК происходит вымирание ценных видов байкальской рыбы.
Максим Воронцов из Байкальской экологической волны рассказывает: «Местные рыбаки отметили, что в год закрытия комбината рыбы стало намного больше. Сети раньше ставили по 150 м сетей, теперь ставят по 1км, чтобы поймать хотя бы пару десятков килограмм».
Хоть Кишор Рао внес в список важных проблем и вопросы управления территориями вокруг озера, общественников, которые начинали высказываться по данному поводу, постоянно прерывали. Вроде как тема сегодня узкая – судьба БЦБК, но когда, как не сейчас решать, например, проблему незаконного разграбления земель вокруг Байкала коррумпированными чиновниками.
Что-то все-таки комиссией было услышано, однако ни одного комментария по этому поводу не прозвучало…
Показала иркутская общественность иностранным представителям и свое отношение к власти российской, иронично обращаясь в течение беседы не раз к портретам «двух ребят» (Путина и Медведева), которые ошибочно принимают жизненно важные решения. И слушать их не всегда нужно. Поскольку разговоры впустую ни к чему не приведут: ждать, пока эта раковая опухоль (так назвал БЦБК поэт Анатолий Волчук) погубит Байкал, нельзя.
Никто из выступавших не усомнился в необходимости именно закрытия комбината, в необходимости вкладывать деньги только в ликвидацию, а не реконструкцию.
Однако господин Рао в конце конференции поблагодарил ораторов за искренность их мыслей и неоднозначно закончил словами: «Нужно воздержаться от поспешных решений. Комбинат можно закрыть хоть завтра, но, не имея необходимой финансовой поддержки, можно нанести еще больший ущерб среде».
Что он имел под этим в виду - мало понятно, но категорично настроенная общественность осталась непоколебима:БЦБК не должно существовать.
P.S.По поводу представленного руководством БЦБК перспективного четырехлетнего плана по введению «замкнутого водооборота» на предприятии я позвонил Геннадию Фильшину, который сказал, что подобное нововведение уже пытались применить в США, но попытка провалилась. До настоящего времени такой технологии не существует вообще, и то, что предложено – это лишь обман и введение общественности в заблуждение.
, повышается давление (140 на 90), учащается сердцебиение до 110 ударов в минуту. Обследование стоит больших денежных затрат (к примеру колоноскопия стоит 4500 руб., а компьютерная тоомография - 7800 рублей. Лечение пожизненное и тяжёлое с применением многочисленных дорогих препаратов.
